Ohana
Он сильно покраснел. Потом снова заговорил:
- Если любишь цветок - единственный, какого больше нет ни на одной
из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и
чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: "Где-то там живет мой
цветок..." Но если барашек его съест, это все равно, как если бы все
звезды разом погасли! И это, по-твоему, не важно!
Он больше не мог говорить. Он вдруг разрыдался. Стемнело. Я бросил
работу. Мне смешны были злополучный болт и молоток, жажда и смерть. На
звезде, на планете - на моей планете, по имени Земля - плакал Маленький
принц, и надо было его утешить. Я взял его на руки и стал баюкать. Я
говорил ему: "Цветку, который ты любишь, ничто не грозит... Я нарисую
твоему барашку намордник... Нарисую для твоего цветка броню... Я..." Я
плохо понимал, что говорил. Я чувствовал себя ужасно неловким и
неуклюжим. Я не знал, как позвать, чтобы он услышал, как догнать его
душу, ускользающую от меня... Ведь она такая таинственная и
неизведанная, эта страна слез.
(с)

@темы: читаю